Следующее испытание не застанет врасплох

В США живет 4% мирового населения, но на долю страны приходится треть заболеваний коронавирусом. Сверхдержава, мировой лидер в науке и технологии, оказалась неподготовленной к катастрофе. Пандемия сопровождается токсичной лавиной противоречивых и абсурдных новостей и мнений, попытками использовать кризис в политических и своекорыстных целях.

Следующее испытание не застанет врасплох

Шум и ярость

Либеральный лагерь использует пандемию для усиления атак на президента. Ему ставят в вину некомпетентность, недостаток заботы о нелегалах, требуют увеличить масштабы социальной помощи, что даст очередной повод для обвинений в росте инфляции и замедлении экономического развития. Оппоненты видят причину кризиса в глобальной зависимости Америки, нашествии иммигрантов, перенаселяющих большие города, образе бытия некоторых групп граждан.

Нью-Йорк, цитадель либерализма, оказался эпицентром пандемии. 170 тысяч заболевших, 13 тысяч умерших, и это не полные данные. В разгар пандемии культурные и спортивные учреждения, рестораны и спортивные клубы были открыты. В Линкольн-центре выступал Шанхайский балет, зал на три четверти заполнен китайцами, соседка в нашем ряду вчера прилетела из Китая. Мэр Деблазио зазывал в Чайнатаун поддержать бизнесы. В городе с десятками тысяч бездомных, разносчиков инфекции, где вповалку спят в подвалах "недокументированные", где несколько "руммейтов" в комнате норма, мэр объявил убежище для нелегалов со всей страны. В парках полно людей, играют в баскетбол, футбол, тусуются, но первопричину городской беды мэр увидел в хасидах, собирающихся на похороны и молитвы.

Евреи не исключение. Расизм затронул даже "образцовую" категорию иммигрантов - китайцев. Хотя эта община опережает других в адаптации, но пандемию именуют китайским вирусом, связывают с традицией есть без разбора все что движется и расселением китайцев по планете.

Самый высокий удельный вес пострадавших среди афроамериканцев. Для одних это последствие расизма и дискриминации, для других - социальной безответственности и попустительства. Никакая статистика и доводы оппонентов не переубедят.

Последствия пандемии не огорчают сторонников естественного отбора: вирус убивает старых и больных, не приспособленных к жизни. Поборники свобод ссылаются на Конституцию и требуют снять запреты. То, что их свобода представляет угрозу жизни других, их не волнует.

Шарлатаны от науки подводят базу под эти идеи. Профессор Рокфеллеровского университета Кнут Витковский утверждает, что нужно дать возможность перезаразиться как можно большему числу людей, что позволит выработать иммунитет к заболеванию. Университет выразил несогласие, но дикая идея обрела немало сторонников.

Пандемия обострила противоречия между общественными и частными интересами. Сегодня нет задачи важнее, чем создание необходимых лекарств. Опасных вирусов миллионы, и поэтому нужны медикаменты широкого спектра. Но фармбизнесу невыгодно производство лекарств, на которые нет постоянного спроса. Неприбыльно производить маски и вентиляторы, строить полевые госпитали.

Триллионы бюджетных субсидий создают возможности махинаций и спекуляций не только для мелких жуликов. Гарвардский университет с бюджетом большим, чем у многих государств, не постеснялся пополнить его за счет госпомощи. Стимулы Федрезерва достанутся в основном корпорациям, у средних и мелких бизнесов часто нет возможности получить финансовую поддержку. Располагая внутренней информацией, немало политиков вовремя продали убыточные акции и приобрели прибыльные.

Спасать экономику или спасать жизни и здоровье - такой острой дилеммы страна еще не знала.

Кто виноват?

Система управления страной оказалась неподготовленной к испытанию. Из Китая, охваченного эпидемией, прибыло в США 400 тысяч человек. Не утихали споры о границах и нелегалах. Партийная борьба парализовала принятие решений.

Возникло множество версий, кому это выгодно. Нобелевский лауреат по литературе Орхан Памук пишет о распространенном мнении, что пандемия - это "китайский экономический ответ США и всему миру". Обвиняются также «мировое правительство», международные корпорации, террористы и обезумевшие злодеи-естествоиспытатели. Даже Билл Гейтс с его глобальными благотворительными акциями под подозрением. Задолго до пандемии он предложил электронный мониторинг за носителями заболевания, в чем заподозрили попытку глобального тоталитарного контроля.

Есть и романтические версии: природа не выдерживает человеческой безответственности и эгоизма и требует внимания и заботы. Среди борцов с глобальными климатическими и экологическими угрозами версия особо популярна.

Немало религиозных деятелей видят в пандемии наказание за греховное поведение. Патриарх Кирилл сказал, что это "божье послание, направленное на то, чтобы уничтожить идеи потребительского общества". Многим религиозным людям трудно смириться с положением, когда храмы закрыты для совместной молитвы, в которой они видят спасение от напасти. Атеисты обвиняют верующих в распространении инфекции.

Кризис обострил споры о распределении национального богатства. Речь идет не о качестве жизни и справедливости, а о выживаемости. Большинство американцев не смогут прожить более 3 месяцев без работы или пособия. Среди малооплачиваемых 57% потеряли работу или зарабатывают меньше, при среднем и высшем доходе - соответственно 42 и 33 процента. (Реw.)

Экономически целесообразней спасать в первую очередь корпорации и банки. Нет смысла субсидировать бизнесы, если они останутся убыточными. Но сегодня прагматический подход может привести к еще большей социальной напряженности и массовым протестам. К укреплению социалистической идеологии это не приведет, экономика и общественная психология противятся уравнительству и коллективизму, но к усилению хаоса и политической смуты - весьма вероятно.

Счастье будет завтра

Раньше или позже появятся необходимые медикаменты, изменятся приоритеты, и следующее испытание не застанет настолько врасплох. Прорыв может случиться в любой стране, но больше всего шансов, что в Америке. "Уолл-стрит джорнэл" опубликовал статью "Секретная группа ученых и миллиардеров проталкивает Манхэттенский проект COVID-19" - по образцу проекта создания ядерного оружия. Более 90 проектов достигли стадии клинических испытаний.

Писатель Орхан Памук считает, что общая беда "порождает чувство солидарности, взаимопонимание". Об этом говорят политики, гуманитарии, профессура. Я сейчас живу на Сатэн-плейс, в районе, где расположены крупнейшие нью-йоркские госпитали. Каждый вечер в округе слышны аплодисменты и барабанный бой по кастрюлям - приветствие медработникам. Но такое единодушие еще не свидетельство признания общей судьбы.

Видный философ Бернар Леви пишет, что "мир не будет таким, как прежде", и здесь нет спора. Он отрицает, что глобализация причина пандемии. Черная оспа, чума, тиф и "испанка" имели местные источники. Эти аргументы убедительны не для всех. Если бы миллионы людей не перемещались свободно по миру, было бы меньше опасных контактов. С начала паломничеств мусульман в Мекку и Медину пилигримы стали распространителями инфекций. Многие эпидемии зародились в Азии и Африке и пришли в Европу, а из Европы в Америку.

Вопреки либеральным уверениям, тесные связи не всегда сближают. "Одна из иллюзий: интеграция школ и проживания - хороший путь сломать расовые враждебность и паранойю... Эмпатия повышается с социальной дистанцией", - пишет Майкл Игнатьефф в "Нью-Йорк таймс". Когда в Чикаго "проджекты" с афроамериканцами убрали при реконструкции из белого района, отношение к черным значительно улучшилось.

У американцев есть поговорка "Высокие заборы порождают хороших соседей". Перспектива единения народов выглядит проблематично, но это не означает обязательно негативных последствий.

Вполне вероятно, что корпорации и банки начнут серьезно инвестировать в национальную экономику. Труд американского работника в десять раз дороже зарубежного, и это даст стимулы технологического обновления, сберегающего живой труд. Вместо роста пенсионного возраста станет возможным его снижение, отпадет нужда в дешевом труде иммигрантов. Дети будут воспитываться родителями, а не разнокультурными нянями. Старики не обязательно будут умирать в "нёрсинг хоумс".

Это не фантастический проект. Во время Второй мировой войны Америка вышла из депрессии и удвоила реальное производство. После войны рабочий, учитель, полицейский могли купить жилье, машину, кормить семью из четырех человек, и не было больших проблем с оплатой за образование и медицину. И гигантского разрыва в доходах, разобщающего страну, тоже не было.

Пандемия повлияет на отношение к жизни в больших городах: во многих случаях дешевле и удобнее работать из дома, даже далеко за пределами мегаполиса. Если на звонок отвечают из Индии или Гватемалы, если врач или физиотерапевт принимает по "Зуму", то почему нельзя это же делать из американской глубинки?

Произойдут радикальные перемены в обучении, индустрии продаж, энтертейменте, туризме, ресторанном и гостиничном бизнесе. Изменится даже личная жизнь, новая сексуальная революция и технология сделают обыденным удовлетворение потребностей на безопасной дистанции. Любви не заменит, но лучше, чем вызов в постель по службе быстрых знакомств.

Перемены в политической жизни страны не ограничатся сменой президентов и партийных программ. Демократии придется еще не раз доказывать, что она справляется с экзистенциальными вызовами лучше авторитарных режимов. В этом ответ, кому принадлежит будущее.