Убийство в Кеноше - очевидный случай самозащиты

Судьбу Риттенхауса решат присяжные

Советские эмигранты моего разлива любили оружие. Дорвавшись до него в Нью-Йорке, они протоптали тропу к оружейному магазину статного усатого Михаила Михайловича Бритта, который торговал стволами в Минеоле на Лонг-Айленде и, как говорили люди, «вооружил всю русскую мафию».

Судьбу Риттенхауса решат присяжные

Ее первый «крестный отец» Евсей Агрон, во всяком случае, приобрел у него два пистолета, и даже я, грешный, обзавелся у Бритта своим первым стволом, который потом продал полиции за 175 долларов, чтобы сделать апгрейд. Мое поколение постарело, но с началом Второй американской революции зловеще заговорило в «Фейсбуке» о закупке патронов и надеется на бородатых лесных братьев с автоматическими винтовками AR-15, которые вылетят из глубинки на своих «Харлеях» и защитят нас от левой заразы.

Пресса пугает обывателей призраком правых ополченцев, прежде всего неких «бугалу бойс», которые ждут часа «Х» на своих хуторах в отсталых штатах, предательски голосовавших за Трампа. «Ополченцем» окрестили СМИ поначалу и 17-летнего школьника Кайла Риттенхауса, который застрелил в Кеноше из своего AR-15 двух левых активистов и ранил одного в руку. Эту картину несколько осложняет то, что в другой руке раненый активист держал австрийский пистолет «Глок».

Местная прокуратура обвинила пацана в двух предумышленных убийствах, покушении на убийство и нарушении законов об оружии. В понедельник по «Фоксу» выступил его адвокат Джон Пирс, который заявил, что Риттенхаус не превысил пределов необходимой обороны и был не правым ополченцем, а спасателем на водах и юным тимуровцем, приехавшим в Кеношу спасать бизнес знакомого от погромщиков и захватившим с собою аптечку.

Как правило, я верю прокурорам и не верю защитникам, но в данном случае мысль о самообороне возникла у меня не из утверждений Пирса, а из изучения обвинительного документа по делу Риттенхауса и статьи «Нью-Йорк таймс» об этом деле. Как правило, я делю минимум на два все, что прочитал в последние годы в «Таймс», завязавшей при Трампе с буржуазной объективностью и перековавшейся в откровенный рупор Сопротивления. Но эта статья была, насколько я могу судить, эталоном непредвзятости.

Это была «Таймс» тех незапамятных времен, когда мы поджидали ее субботними вечерами у газетных киосков, чтобы уволочь домой многокилограммовый воскресный номер.

Поскольку революция совершается перед объективами тысяч мобильников, «Таймс» изучила сотни часов видеозаписей, запечатлевших события, которые имели место поздно вечером в прошлую среду, и посты в соцсетях. Последние свидетельствовали о том, что Риттенхаус был горячим сторонником права на оружие, практиковался на заднем дворе в стрельбе по мишеням, заботливо относился к своей AR-15, активно поддерживал полицию и такие организации, как «Синие жизни важны» («синие» подразумевают в США не баклажаны, а полицию) и «Очеловечим бляху» (имеется в виду опознавательный знак, который носят полисмены), и собирал в «Фейсбуке» деньги на полицию в свой 16-й день рождения.

Фашистских знаков и расистских лозунгов, как я понимаю, карапуз себе не накалывал и «Хайль Гитлер!» не кричал.

Если верить Пирсу, в ту злополучную среду Риттенхаус с друзьями занимались богоугодным делом, то есть смывали граффити со школьного здания в своем городке Антиохе, Иллинойс, а потом им позвонил знакомый из Кеноши, у которого погромщики спалили два бизнеса, и попросил помочь ему защитить третий. Они отправились в Кеношу, где Риттенхаус дал на улице пару интервью, в которых добродушно заявил, что прибыл туда защищать бизнес и помогать раненым. По словам его адвоката и «Таймс», он действительно предлагал «протестующим» помощь. Я взял это слово в кавычки, потому что газеты называют protesters и погромщиков.

Риттенхаус также сообщил, что когда он охранял магазин подержанных автомашин, кто-то пустил ему из толпы в лицо перечный газ.

Я смотрел видеозапись, на которой перед карапузом и его вооруженными спутниками расхаживает лысый коренастый мужик свирепого вида и вызывающе орет: «Килл ми, нигга!» (от «ниггер»), хотя он обращался к белым ребятам. Это был 36-летний местный житель Джозеф Розенбаум, которого Риттенхаус застрелил потом первым. Не потому, что Розенбаум об этом просил, а потому, что он погнался за пацаном и пытался отнять у него винтовку.

Я заметил, что самодеятельные дружинники оттаскивают друг друга в сторону, чтобы предотвратить драку с Розенбаумом, который ходил перед ними и кричал: «Застрели меня, нигга! Застрели меня, нигга! Я это серьезно!».

Позднее я прочел корреспонденцию агентства АП, в которой рассказывается о пострадавших в тот вечер активистах. Розенбаум работал в местной закусочной Wendy’s.

Минут за 15 до первых выстрелов мимо проехала полиция. Ребята сказали ей, что охраняют автомагазин. В знак поощрения полицейские предложили им бутылки с водой. Кто-то снял, как Риттенхаус подходит с винтовкой к полицейским и мирно с ними беседует. СМИ потом критиковали полицию за то, что она поила правых ополченцев.

Потом Риттенхаус отходит в сторону от автомагазина, и обратно полиция его не пускает. Шесть минут спустя мы видим, как он убегает от группы мужчин и оказывается на стоянке у другого автомагазина в нескольких кварталах от первого. Когда он бежит, кто-то стреляет в воздух. На видео отчетливо видна вспышка от выстрела. Риттенхаус оборачивается на звук, и один из преследовавших его мужчин – Розенбаум - бросается на него со стороны выстрела. Карапуз стреляет в него четыре раза.

По словам очевидца, репортера Ричарда Макгинниса, который бежал позади Розенбаума, тот бросил в Риттенхауса какой-то предмет, оказавшийся пластиковым пакетом. Слышится громкий звук, ответное матерное ругательство, а потом отчетливые выстрелы. Микгиннис видел, как перед этим Розенбаум пытается вырвать у юноши винтовку.

Вскрытие показало, что одна пуля попала Розенбауму в правую сторону паха и раздробила ему таз. Другая пуля попала в спину и прошила правое легкое и печень. Еще одна пуля ранила Розенбаума в правую ладонь. У Розенбаума также нашли поверхностное ранение левого бедра и ссадину от пули на правом виске.

Как показал Макгиннис, после выстрелов Риттенхаус подошел к лежавшему на асфальте Розенбауму, позвонил кому-то по мобильнику и сказал: «Я только что кого-то убил». Макгиннис снял рубашку, чтобы перевязать Розенбаума. Тут к ним подошел еще один мужчина, и Риттенхаус бросился бежать.

До инцидента Макгиннис брал у Риттенхауса интервью и вспоминает, что тот обращался с винтовкой не очень умело. К ним подошел Розенбаум, который пристал к Риттенхаусу, и тот попытался убежать. К погоне присоединились еще несколько человек. По словам Макгинниса, Риттенхаус определенно пытался избежать столкновения с активистами, что подтверждает версию самообороны.

Погоня ясно запечатлена на видео. Слышен крик: «Врежь ему!». Другой орет: «Эй, он его застрелил!». Третий вопит: «Держи его! Держи этого штымпа!». Один из мужчин догоняет Риттенхауса и ударяет его правой рукой, сбивая с него шапку.

Риттенхаус продолжает бежать, но, по версии адвоката, кто-то бьет его в спину, он спотыкается и падает. Мужчина бросается на него. Слышатся два выстрела, которые, очевидно, не задели нападавшего, и он отбегает в сторону. На Риттенхауса кидается другой мужчина, позднее идентифицированный как 26-летний Энтони Хьюбер, который бьет его скейтбордом, а другой рукой пытается выхватить винтовку. Это рискованный ход даже с таким недотепой, как наш мальчиш-кибальчиш. Слышится одиночный выстрел, Хьюбер делает несколько шагов и валится на землю. Пуля пронзила ему аорту, артерию, легкое и сердце.

Риттенхаус принимает сидячее положение и направляет винтовку на еще одного мужчину, который приближается к нему. Это Гейдж Гросскрейц, который замирает на месте и благоразумно поднимает руки вверх. Потом, однако, благоразумие ему изменяет, он идет в направлении стрелка и получает пулю в правую руку.  

В судебных документах говорится, что пистолет был у Гросскрейца в этой руке. По версии адвоката, в другой. Главное – у нападающего был пистолет. Адвокат, возможно, напомнит в суде, что в следующие выходные молодой поклонник Трампа был убит из пистолета на ярко освещенной улице Портленда. Местные активисты были в восторге.

Судьбу Риттенхауса решат присяжные, но я заключил из вышесказанного, что это очевидный случай самозащиты.

Меня особенно впечатлила последняя видеозапись, на которой Риттенхаус неторопливо идет по улице сдаваться с винтовкой на ремне и с поднятыми руками, а навстречу ему едет колонна бронированных внедорожников и полицейских машин, и ни одна из них не останавливается, чтобы его арестовать.

Если бы Джордж Флойд и другие предполагаемые жертвы полиции вели себя столь же покорно, все они были бы целы.

Я предвижу возражение, что, в отличие от Риттенхауса, они были Черные. Верно, но сопротивляться при задержании и белым неумно.

Как сообщает ресурс «Кеноша ньюс», Розенбаум и Хьюбер участвовали в многочисленных акциях протеста, проходивших в Кеноше после смерти Флойда. «Они ходили с нами каждый раз, - вспоминает Порше Беннет, организовывавшая эти протесты. – Сладкие. Полные любви. У них были нежнейшие сердца, души. Это были нежнейшие ребята!».

У меня Розенбаум оставил иное впечатление. Но Порше, конечно, знала его лучше.

«Уолл-стрит джорнэл» поместила в воскресенье передовицу, в которой советовала сторонникам Трампа не соваться в города, оккупированные погромщиками при попустительстве местных властей. Решать проблему нужно у избирательной урны, пишет газета, а не на улицах с оружием.

Может, и так.