В пресс-релизе бруклинской прокуратуры Романа Владимировича Вегу назвали «одним из самых плодовитых киберпреступников

Украинец в "Зазеркалье" американской тюрьмы

В октябре 2012 года из бруклинской федеральной тюрьмы MDC ко мне на связь по почте и Интернету вышел з/к № 59198-004 Роман Вега, он же Роман Степаненко, он же по-английски "Boa", а по-русски "Удав".

Украинец в "Зазеркалье" американской тюрьмы
Роман Вега с сокамерником, декабрь 2015 года

«Пошел десятый год со дня моего ареста в 2003 году на Кипре, - написал мне 48-летний Роман Владимирович, - но до сих пор по ряду причин мне было нужно keep a low profile, то есть держать язык за зубами, дабы не навредить ряду людей, ну а теперь могу говорить». В феврале 2003 года его арестовали в Никозии на Кипре и экстрадировали в Северный округ штата Калифорния для суда. В ноябре 2007 года Вегу перевели в Восточный округ штата Нью-Йорк и в январе 2009 года он признал себя виновным. 12 декабря 2013 года Вегу приговорили к 18 годам лишения свободы, на два года меньше, чем просил прокурор. В настоящее время он находится в федеральной тюрьме Вильямсберг в Южной Каролине, откуда должен выйти на свободу 6 апреля 2020 года, то есть отсидев 17 лет, что по существующим правилам многовато.

При аресте изъяли кусок сала, две банки с солеными огурцами и буханку черного хлеба

В пресс-релизе бруклинской прокуратуры после приговора Вегу назвали "гражданином Украины и сооснователем киберпреступного рынка, одного из первых интернет-рынков торговли крадеными финансовыми данными", а также «одним из самых плодовитых киберпреступников», который на день ареста владел более чем полумиллионом украденных номеров кредитных карт. Далее пояснялось, что «в конце 1990-х годов украинец Роман Вега, он же Роман Степаненко, открыл в Интернете сайт «Boa Factory» (http://www.boafactory.com), на котором можно было покупать и продавать практически все активы, полученные финансово-мотивированной преступной деятельностью в Интернете того времени». На этом сайте можно было получить пластиковые карты или «сырые заготовки», то есть данные магнитных полос банковских и кредитных карт, а также поддельные травел-чеки и паспорта государств Европы, визы, водительские права и дипломы о высшем образовании. Стоило это от 300 долларов до 25 тысяч долларов - в зависимости от сложности заказа, и документы были такого качества, что только очень опытный специалист мог отличить их от настоящих.

О своем житье-бытье до ареста "Удав" Вега рассказал мне, что с 1995 года постоянно обретался на Мальте с периодическими поездками «то на Лонг-Айленд, то в Майами, то в Дубай, то на Американские Виргинские острова». В феврале 2003 года он прилетел с Мальты в Никозию «на пару дней по делам и встретиться со старыми друзьями, не имеющими к кардингу/хакингу никакого отношения». Однако, по случайному совпадению, именно тогда «команда CarderPlanet/Boa Factory» проводила «операцию по ряду банков Кипра», и Вегу, как личность уже засвеченную, кипрские власти привязали к этой киберафере. При аресте в Никозии, как написал мне Вега из бруклинской федеральной тюрьмы 15 лет назад, «доблестная кипрская полиция изъяла кусок сала, две банки с солеными огурцами, буханку черного хлеба да чемодан с парой кроссовок, джинсами, сборником рассказов Хулио Кортасара и кассетой с записью альбома группы "Мышеловка"».

 На Кипре  его судили  и приговорили к 18 месяцам тюрьмы, и в  2004 году досрочно освободили, но на выходе из тюрьмы снова арестовали по ордеру Интерпола по заявке федеральной прокуратуры Северного округа штата Калифорния. В июне того же года Вегу через Амстердам и Миннеаполис доставили в Сан-Франциско и сначала  поместили в тюрьму графства Аламеда в Санта-Рита, а в январе 2005 года перевели в федеральную тюрьму в городке Дублин в 35 милях от Сан-Франциско. Как написал мне Вега, незадолго до этого «оттуда убрали бывшего премьер-министра Украины Павло Лазаренко, которого временно выпустили под залог, и я заселился в его камеру и унаследовал его переводчицу».

Сотрудничества с прокуратурой не получилось

Прокуратура Северного округа Калифорнии предложила ему признать вину и получить 48 месяцев лишения свободы, и Роман Владимирович подписал признание в том, что, как он сообщил мне, «просто стоял рядом, случайно оказался замешан, никого не знаю и никаким “Boa” не являюсь". В августе 2007 года его должны были освободить, но не депортировать, а дать возможность улететь туда, куда он хочет. Вега выбрал Эквадор и даже купил билет. «В день, когда меня должны были освободить в зале суда, - написал мне Вега, - там поднялись с мест двое роботообразных ребят из Вашингтона, а точнее - из следственного отдела Министерства юстиции, и вручили судье новое обвинение, уже нью-йоркской прокуратуры. Так Роман оказался в бруклинской тюрьме MDC.

9 ноября 2007 года в Восточном округе Нью-Йорка ему предъявили обвинения в двух эпизодах сговора с целью мошенничества и отмывания денег, в чем он не признал себя виновным. Но вскоре Роман изъявил желание сотрудничать с федеральной прокуратурой и после серии встреч на эту тему (proffer sessions) признал свою роль в преступном сговоре и подписал соглашение о сотрудничестве, в котором признал себя виновным в двух предъявленных ему эпизодах. 26 января 2009 года судья Эллин Росс заслушала признание Романа, предупредила, что, он добровольно отказывается от некоторых конституционных прав, включая право на апелляцию, и приняла признание вины, не назначив дату приговора. Очевидно, его сотрудничество с прокуратурой было не слишком плодотворным, и 4 апреля 2011 года Вега направил судье Росс письмо, в котором официально отказался «от своего предложения сотрудничать и от договора о сотрудничестве с властями Соединенных Штатов». 

Среди причин этого решения он указал «тревогу» из-за того, что «по неведению, а следовательно, неконституционно» признал себя виновным, плохо владея английским языком, а также из-за серьезных проблем с зубами. Вега написал, что к признанию и сотрудничеству его склонил бывший адвокат Майкл Падден, что он не совершал преступлений, в которых признал себя виновным, и что с Кипра в США его вывезли незаконно. 24 мая 2012 года судья Росс «отказала в отказе» Веги от признания вины, и в октябре я получил его письмо. Прошел еще год, и 12 декабря 2013 года Романа Вегу приговорили к 18 годам лишения свободы, из которых он уже отсидел 10 лет.

  

Репортажи из федерального "Зазеркалья"

В тюрьме Вега с разрешения администрации открыл два сайта на русском и английском языках, где он размещает свои мысли о тюрьмах, по которым ему приходилось скитаться, и о людях, с которыми знакомился, а также статьи других авторов. Если мой нью-йоркский земляк Лева Трахтенберг назвал свои тюремные очерки "На нарах с дядей Сэмом", то Роман Вега считает, что попал в "Зазеркалье". Свое пятнадцатилетие в "Зазеркалье" - 5385 дней со дня ареста - он отметил 24 ноября прошлого года в федеральной  тюрьме Вильямсберг в городке Салтерс, штат Южная Каролина. Это мужская тюрьма "среднего" режима, где содержатся 1700 заключенных, 150 из которых блаженствуют в лагере при тюрьме. Из выдающихся преступников кроме украинца Романа Веги там сидит американец ливанского происхождения и бывший онколог Фарид Фата, получивший 45 лет за аферы с программой, а также белый американец Арт Шлихтер, бывший футболист-профи, получивший 10 лет за мошенничество с билетами на матчи.

"Недавно прошедшее солнечное затмение порадовало: тюрьма FCI Williamsburg находилась как раз на пути полного затмения, - написал Роман Вега в конце прошлого года. - Но посмотреть нам его не дали: за три часа до начала загнали всех по камерам, закрыли и выпустили (да и то не на улицу, а лишь в холл барака) только через два часа после того, как все закончилось. Так что наблюдал в оконную амбразуру, лишь жаль, что выходит она на север, и самого солнца не видно было. Вдруг потемнело, ночь настала, а потом через пару минут обратно рассвело, снова день. Из-за чего был весь шухер, зачем нас закрывали - совершенно неясно. Чтоб за минуту не разбежались как зайцы, скача через несколько рядов периметра, на стволы охраны? Так здешнему контингенту хоть ты повали этот забор и постели ковровую дорожку - не пойдут никуда. Куда им бежать? Семерик сверху за побег и потом усиление режима по полной, до «крытки» строгого режима".

   Не придерживаясь норм политкорректности, Вега называет афроамериканцев словом на «N», и пишет, что в федеральной тюрьме Вильямсберг «N» всё больше, а белых и обамериканившихся латиносов - все меньше. "Под «N», - уточнил он, - в данном случае подразумеваю именно американских «N» - «Nig...», как они сами друг друга называют, отдельную, взращенную этим государством деструктивную мутацию, которая как небо и земля отличаются от обычно нормальных черных ребят из Африки, Латинской Америки и стран Карибского бассейна, но таких на этой зоне нет, только американские граждане все, да я - единственный иностранец"... 

         «Бу», «Му», «Ку» - тюремные клички афроамериканцев 

Точной статистики у Романа Веги под рукой нет, но, по его памяти, "в США афроамериканцы составляют где-то 18% населения страны, а вот среди сидящих по американским тюрьмам двух с лишним миллионов зэков их под 85%. И большинство сидит за дело, да и рецидив среди них тоже под 80%, то есть выходит такой, отмотав свой «червонец», пару недель погуляет: наркота, ограбления, оружие, и снова на нары, еще лет на двадцать-тридцать, или уже пожизненно, чтобы соблазнов не было. Если их всех таких здесь выпустить на свободу, то в стране неизбежно и быстро наступит полный и уже окончательный хаос, резня и разруха, а нормальным людям (кто выживет) придется валить со всех ног, как это случилось не так давно в Зимбабве".

Доставшегося ему сокамерника Роман Владимирович называет мечтой поэта - это “мордатенький растатуированный майамский «N» тридцати лет от роду, с тупо-самодовольным взглядом и такими же рассуждениями, из банды «Крипс», с замечательной фамилией White, то есть Белый. Их много с такими фамилиями, а вообще, похоже, самые распространенные среди этой н...-американской публики как раз “White”, “Brown” и “Jackson”.  Настоящее имя моего Белого - Марвин, но он представился как Рич (Богатый), так и просил его называть. Но не сложилось, так как я предложил ему на выбор два варианта его нового «погонялова» на русском: или «Снежок», или «Белочка». Вообще они по именам или фамилиям друг друга не зовут, а лишь по кличкам, причем н...ские клички почти все односложные: «Бу», «Му», «Мо», «Ра», «Ку», «Гу», «Ту», «Ти», «Джа», «Ди», «Блю», есть даже «Ух» и «Зуб», а мне особенно понравилось «Гы» и математическая «Пи»”.

  По математически-лингвистическим выкладкам Романа Веги, "в этом нашем заповеднике как минимум 27 «Мо» и 17 «Бу». Наверное, еще есть, все ж 1200 их тут таких, со всеми пересекаюсь, но не всех знаю по «погоняловам». Все эти «Мо» и «Бу» отличают друг друга по тому, кто из какого города или штата: «Мо» Майамский, «Бу» Северо-каролинский, и т.п., есть еще «Мо Большой» и «Мо Mаленький»...". Список Романа Веги напомнил мне "погоняла" воров в законе бывшего СССР - Тимур Свердловский, Сурик Андижанский, Намик Бакинский, Авто Кутаисский, Бокон Ленинаканский, Акоп Маленький, Осетрина Младший и т.д. Есть, правда, Леня Француз,  Ваня Француз и Митяй Болгарин или Дядя Женя Граф и Леня Дипломат, но таких немного.

Что еще почитать

В регионах

Новости региона

Все новости

Новости

Самое читаемое

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру