Гамбургский балет Ноймайера в Америке

«Старые друзья»

30.03.2017 в 08:55, просмотров: 876

Руководить 45 лет одной танцевальной компанией, создавать ее репертуар (не только либретто и хореографию, но часто и костюмы, и освещение) и при этом постоянно производить нечто новое, неожиданное, памятное, - непосильная задача.

Гамбургский балет Ноймайера в Америке
Сильвия Аццони и Александр Рябко в спектакле "Старые друзья"

И бросать камень в главу Гамбургского балета, 78-летнего Джона Ноймайера, так много сделавшего для обогащения классического балета - от «Пер Гюнта» с музыкой Шнитке и симфоний Малера до «Дамы с камелиями», что сейчас входит в репертуар АБТ, не хочется. Но как уйти от того факта, что недавние выступления Гамбургского балета на сцене Нью-Йоркского театра «Джойс» так разочаровали?

Ноймайер, знаменитый своими полнометражными балетами - сюжетными и бессюжетными, - на сей раз собрал спектакль из фрагментов прежних опусов, назвав его «Старые друзья». Название намекает на то, что предстоит встреча с чем-то знакомым и одновременно отсылает к песням Саймона и Гарфанкела, которые звучат в спектакле «Старые друзья», где молодые люди смотрят на двух стариков на осенней скамейке и думают о своей еще такой далекой старости, «Dangling Conversations» («Повисшие разговоры») - о людях, которые все еще вместе, но по сути разошлись: «Рифма пропала, Как в плохой поэме...». Песни прекрасные, слова - настоящая поэзия, и старая запись авторского исполнения стала одной из немногих радостей вечера. А тексты, как ни странно, воплотили происшедшее с хореографией Ноймайера.

Некогда свежий, оригинальный, чарующий своей певучей пластикой и эмоциональной многозначностью стиль теперь казался устаревшим, комбинации повторялись до уныния, эпизоды были немыслимо затянуты, символика - слишком очевидна, и по-настоящему интересного в спектакле оказалось до обидного мало: в открывшей вечер бессюжетной, энергичной, в духе Баланчина «Увертюре» на музыку Оркестровой сюиты Баха №3, поразила продуманной, сдержанной красотой и благородством медленная «Ария» (Су Линь и замечательный Александр Труш); в финальном дуэте «Посвящение Морису» (в свое время созданном на музыку песни «Bridge Over Troubled Water» как подарок к юбилею Мориса Бежара) блеснули Александр Рябко и Иван Урбан. А в довольно длинной композиции на музыку нескольких ноктюрнов Шопена (что-то вроде «Месяца в деревне» или «Чайки» - с несколькими персонажами в сложных взаимоотношениях друг с другом) выделялась - глаз не отвести - своей редкой интенсивностью и при это небалетной естественностью хрупкая светлоглазая итальянка Сильвия Аццони.

Надеюсь, что тем, кто пришел на этой неделе в Кеннеди-центр, чтобы посмотреть «Русалочку» Ноймайера (по сказке Андерсена) на музыку Леры Ауэрбах, повезет больше. Сильвия Аццони исполняет роль Русалочки, и по ее словам, ни один балет Ноймайера (она в труппе много лет) не требовал от нее такой физической и, главное, эмоциональной отдачи.