Как идут дела в американской экономике

Тормозим, но плавно

11.02.2016 в 09:35, просмотров: 1388

Речь идет об американской экономике, именно она волнует нас более всего, но не только о ней. Она в высокой степени самодостаточна, но все же не настолько, чтобы не зависеть от остального мира. А там дела идут неважно. И в первую очередь в Китае, который тормозит всю планету. Немудрено – вторая экономика мира.

Как идут дела в американской экономике

Что в Поднебесной?

Впрочем, торможение по-китайски - вещь весьма специфическая. ВВП продолжает расти такими темпами, о которых не могут даже мечтать иные страны, и в прошлом году вырос на 6,9%! Для сравнения: в США, показателям которых завидует Европа, рост составил всего 2,4%. Но к официальной статистике КНР на Западе относятся с подозрением, и частные опросы показывают, что дела шли значительно хуже. Многие аналитики на основе данных о продажах авто предполагают, что реальный рост составил 5–6%, пишет The Economist.

И все же это торможение. В 2014-м рост составлял 7,3%, и замедляется экономика уже шесть лет подряд. Это ведет не только к падению биржевых индексов Китая (а капитализация его компаний упала за последние семь месяцев примерно на треть), но и к снижению потребления многих видов сырья, включая нефть. Это ведет к снижению мировых цен на сырье – и цен китайских производителей. В декабре они упали на 5,9% в годовом выражении (что хуже прогнозов), и спад продолжается с апреля 2012 года, что свидетельствует о неблагоприятных процессах в экономике. Или же, как мне кажется, о выходе Китая на новый виток развития, вводящий его в число развитых стран.

Китай пытается следовать американской экономической модели – иного пути и не видно. И Япония, и Южная Корея, и Сингапур – весь цивилизованный мир следует по этому пути, кроме России с ее колониальной экономикой. Акцент теперь делается не только на индустрию, но и на сферу услуг и внутреннего потребления. Так, розничные продажи в КНР за 2015 год хоть и оказались хуже ожидаемых, но увеличились на 10,7%.

Сдерживают рост несколько факторов, в частности раздутый госсектор. Премьер госсовета КНР Ли Кэцян пообещал пустить под нож убыточные компании, но это потребует жестких политических решений и худшее для китайской экономики еще впереди, считают эксперты. Растет госдолг и отток капитала, банкротства компаний происходят все чаще, доля проблемных кредитов в банковском секторе становится угрожающей. Впрочем, руководство Китая полагает, что может позволить замедление в росте, решая задачи по перенастройке экономической модели. Прогноз экономистов — Китай будет замедляться до 2020 года до 6,5% ВВП.

Как дела, Европа?

Европейская экономика в этом году продолжит умеренно восстанавливаться – ожидаются темпы роста в 1,8-2%. Этому будут способствовать низкие цены на нефть и газ, дешевый евро, стимулирующий экспорт, и мягкая денежно-кредитная политика, проводимая Европейским центральным банком. Положительным фактором может оказаться и приток беженцев, который, при грамотной политике, может привести к снижению расходов на труд и подстегнуть экономический рост.

Эксперты надеются, что рост цен может составить 1%, что ниже целевого уровня в 2%, но ощутимо лучше 2015 года, когда Европа балансировала на грани дефляции. Увы, ЕЦБ понизил прогноз по росту уровня инфляции в еврозоне в этом году до 1% – как видим, совсем иные заботы, нежели в России.

Разумеется, всеобщее внимание привлечено к экономическому локомотиву Европы, к Германии – как повлияет на нее вал беженцев, захлестнувший страну и вызвавший нешуточные коллизии? Как ни странно, но власти и эксперты ожидают положительного эффекта: миллион человек, влившийся в экономику страны, способен добавить 0,2% к ежегодному росту ВВП.

“Государственный сектор требует больше товаров и услуг, чтобы иметь дело с притоком беженцев, а сами беженцы стимулируют частный спрос, так как они тратят деньги в Германии, – говорит Стефан Кипар, экономист Баварского земельного банка в Мюнхене. – По сути, влияние притока беженцев на экономику сопоставимо с экономической программой по стимулированию экономики в краткосрочной перспективе”.

Повышенный спрос на государственную поддержку сотен тысяч беженцев, однако, означает, что ожидавшийся профицит бюджета на 2016 год недостижим, полагает ряд экономистов, участвовавших в опросе Bloomberg. Тем не менее, признаки восстановления темпов роста экономики Германии налицо. Они, согласно прогнозам, увеличатся на 1,7% в годовом исчислении в четвертом квартале текущего года и почти на 2% до 2017 года.

Правда, не все столь оптимистичны и ОЭСР отмечает, что прямое влияние мигрантов на внутреннюю экономику гораздо меньше того, что оказывает местное население. И не из-за пособий, которые беженцы требуют от государства, а из-за того, что они не платят или платят меньше налогов, требуют дополнительных расходов по системе безопасности и в социальной сфере. Кратковременный стимул для экономики Германии необходим в условиях текущей стагнации, однако дальше все будет зависеть от возможности страны абсорбировать этот поток и устроить их на работу, чтобы увеличить налоговые выплаты и стабилизировать социальное напряжение. Кроме того, Германия - экспортно-ориентированная экономика. Поэтому всплеск внутреннего потребления играет для нее куда меньшую роль, чем для США или Британии.

Что касается Британии, то канцлер казначейства Джордж Осборн прогнозирует рост экономики в этом году на уровне 2,4%, сообщив, что общие инвестиции в нее растут быстрее, чем в другие развитые экономики мира. Он также подтвердил намерение правительства сократить объем средств на выплату социальных пособий на 12 миллиардов фунтов к 2017-2018 годам, чем ситуация резко отличается от французской. Там президент Франсуа Олланд заявил о введении чрезвычайного экономического положения именно по причине невозможности даже при росте экономики снизить уровень безработицы.

После трех лет стагнации Франция показала в прошлом году экономический рост более чем на 1%. Однако темпы восстановления второй экономики еврозоны оказались недостаточными, чтобы поглотить молодежь, выходящую на рынок труда. С 2012 года, когда Олланд пришел к власти, ряды безработных пополнили более 600 тыс. человек, в то время как в большинстве других крупных европейских экономик безработица снизилась. Так, уровень безработицы во Франции выше 10% против 9,8% в среднем в ЕС. В Великобритании он всего 5,2%, в Германии еще меньше, 4,2%.

ЕЦБ проводит программу количественного смягчения, то есть запустил печатный станок. Это и низкие цены на энергоресурсы высвобождают дополнительные средства, которые можно потратить на социальные проекты, что и делает Франция. Олланд хочет потратить миллиарды на профессиональную переподготовку 500 тыс. безработных и на субсидии малым предприятиям для создания рабочих мест, но эксперты сомневаются в успехе этих мер. Во Франции гораздо выгоднее быть безработным, чем занимать низкооплачиваемые рабочие места, чем и пользуются новые граждане, массовый наплыв которых стимулируется этим фактором. По той же причине рост числа занятых не скажется на уровне внутреннего потребления.

С новым годом, Америка!

Но нам пора вернуться домой. Home, sweet home! Увы, экономика США тоже никак не разгонится и ВВП в IV квартале увеличился всего на 0,7% в годовом выражении после роста на 2% кварталом ранее. Что хуже прогнозов. Ну а в целом в 2015 г. США показали неплохую динамику развития, 2,4%, как и в 2014 г. Видимо, такова судьба развитых стран – неспешное дальнейшее совершенствование. Плавная эволюция. Этот показатель не превышает 3% с далекого уже 2005 года.

Зато рост потребительских расходов, на долю которых приходится почти 70% ВВП, стал наибольшим за это десятилетие! В октябре-декабре он составил 2,2%, что лучше прогноза (1,8%), но меньше показателя III квартала (3%). В полном соответствии с вышесказанным о самодовлеющей экономике США, потребительский сектор добавил 1,46 процентного пункта к ее росту. Вместе с тем слабость мирового спроса и падение цен на нефть привели к снижению капитальных расходов многих компаний. Капвложения предприятий в прошедшем квартале упали на 1,8% в годовом выражении, что навевает плохие предчувствия. Ибо сокращение зафиксировано впервые с III квартала 2012 г.

Расходы американских корпораций на новое оборудование уменьшились на 2,5%, на здания и сооружения – на 5,3%, на нефтяные и газовые буровые установки на 38,7%. На последнее надо обратить особое внимание. Это последнее – первый звоночек грядущего повышения цен на нефть. Капитализм цикличен и волнообразен и если вы перестали вкладывать деньги в добычу нефти, то вскоре она может подорожать. Понятное дело, что фантастических цен за сто долларов за баррель уже не будет. Но и цены ниже $30 не кажутся обоснованными даже после возвращения на этот рынок Ирана.

Что еще я забыл упомянуть в этом кратком экономическом обзоре? Ну, говоря об экспертах, забыл о видном экономисте Путине. На днях он сообщил российскому бизнесу, что девальвация рубля открывает новые возможности. Но забыл добавить, что западные санкции не дадут им реализоваться. Да, с таким дешевым рублем можно было бы завалить весь мир российскими товарами, да вот где их взять? Технологически и финансово Россия полностью зависит от Запада, трудовые кадры растеряла, поэтому все это – маниловские мечтания и сослагательное наклонение.

Но вернемся к нашим проблемам и отметим, что сильный доллар привел к росту дефицита торгового баланса США. В октябре-декабре он увеличился до $566,1 млрд., сократив подъем ВВП на 0,47 процентных пунктов. И с инфляцией у нас не так хорошо, как хотелось бы. До вожделенных 2% (это мечта ФРС) далеко, наоборот, она в последнем квартале ушедшего года снизилась до 1,2%. В отличие от России, Япония, Европа и США подстегивают инфляцию, потому что она в своем умеренном варианте означает живую экономику и ее можно контролировать. Куда страшнее дефляция, с которой никто не знает, как справиться. Комитет по открытому рынку Федеральной резервной системы принял решение не повышать процентную ставку. Хотя в декабре руководители ФРС видели возможность четырех повышений ставок в 2016 г., каждый раз на 25 базисных пунктов. В общем, тормозим, господа. Но пока очень плавно, что уже неплохо.


|