Сити-опера надеется вернуться, Сити-балет получил нового главного дирижера

Большие перемены

28.01.2016 в 10:50, просмотров: 1338

В 2013 году Нью-Йоркская Сити-опера, чуть-чуть не дожив до 70-летия, объявила банкротство, оставив за собой шлейф многомиллионного долга.

Сити-опера надеется вернуться, Сити-балет получил нового главного дирижера
Сцена из балета “Who Cares?”

В свете многочисленных проблем с классической музыкой в Америке поверить в ее возрождение было невозможно. Но нашлись люди, которые в необходимость второй стационарной оперной компании в Нью-Йорке верили и готовы были потратить на это немалые средства. Уже в 2013 году была создана группа NYCO Renaissance во главе с бывшим членом Совета Директоров Сити-оперы, владельцем многомиллиардного хедж-фонда Роем Нидерхоффером (именно он дал деньги) и продюсером Майклом Капассо в качестве генерального директора (то есть того, кто деньги будет тратить).

Победив конкурентов (а такие были) в борьбе за право унаследовать имя Нью-Йоркской Сити-оперы и заодно расплатиться с ее долгами, компания NYCO Renaissance только что представила свою первую постановку - оперу Пуччини «Тоска». Спектакль шел на сцене Rose Theater («Джаз в Линкольн-центре»), и если удастся организовать и другие спектакли в этом зале, то это будет лучшим аргументом в защиту возрождения Сити-оперы. Потому что в этом красивом, уютном и сравнительно небольшом зале опера звучит и выглядит в наибольшем соответствии с ее европейскими корнями: публике не нужны киноэкраны, чтобы разглядеть детали мимики и костюмов, певцы не кажутся потерянными на огромной сцене, и их голоса слышны во всех оттенках в каждой точке. Эта невозможная в Метрополитен-опера, но столь необходимая для оперы - Моцарта ли, Россини, даже Верди - интимность может стать тем фактором, ради которого публика пойдет на будущие спектакли, а новичкам поможет открыть для себя чудо оперного жанра вообще. Во всяком случае, я не помню, чтобы «Тоска» Пуччини так захватила меня, как в этот раз, в исполнении не самых знаменитых солистов и не самого выдающегося оркестра.

«Тоска» была выбрана не случайно: именно этим спектаклем в 1944 году открылась Сити-опера. К тому же опера не требует большого числа солистов, в ней всего одна хоровая сцена, и она так часто исполяется, что даже сборному оркестру не составит труда подготовить ее в короткий срок. Сработала и отличная идея восстановить оперу в костюмах и декорациях ее премьеры, которая состоялась в Риме в 1900 году. Конечно, абсолютно достоверными они и в 1900 году не были, воспроизводя представление об Италии эпохи Наполеона (время действия оперы) сквозь призму вкусов более поздней эпохи. Но любовно воссозданные рисованные декорации Адольфа Хохенштайна в каждой сцене вызывали аплодисменты публики, уставшей от унылого минимализма сегодняшней сцены. Костюмы тоже выглядели неплохо, хотя Глория Тоска явно страдала от обилия аксессуаров: в первой сцене она с трудом удерживала в руках букет роз, зонтик, сумочку бирюзового цвета, шаль, накинутую на плечи по моде времени, и большую шляпу, которая вот-вот была готова свалиться с головы.

Это было обидно, потому что во всем остальном Тоска в виденном мною спектакле была просто отлична: Латония Мур, удачно дебютировавшая в 2012 году в Мет в партии «Аиды», обладает и голосом, и музыкальностью, и артистизмом, а главное - непосредственностью и страстью. Партию Тоски она пела впервые, а тенор Раффаэле Абете (Каварадосси) вообще впервые пел в Америке, в отличие от опытного баритона Карло Гуэльфи (Скарпиа). Ожидается, что Майкл Капассо скоро объявит название следующей постановки.

***

Были времена, когда Сити-опера делила сцену с Сити-балетом - сначала в Сити-центре, потом в театре, ныне носящем имя Дэвида Кока. Теперь Сити-балет, если и делит ее, то с приглашенными компаниями, причем в основном - тоже балетными. Не делить нельзя: на большой сезон у труппы нет ни средств, ни публики. Приходится гастролировать.

Есть, однако, надежда, что в зале теперь будет больше публики. Причин две: новый музыкальный руководитель и главный дирижер Эндрю Литтон и новые балеты молодых хореографов. Предстоящие несколько зимних недель покажут, как воплотятся эти надежды. Но первый вечер шестинедельного сезона был многообещающим.

Программа началась жизнерадостной увертюрой к оперетте Бернстайна «Кандид», во время которой оркестр с дирижером поднялся из оркестровой ямы, тем самым «во всеуслышание» объявив о своей весьма важной роли в спектаклях труппы, особенно если учесть, что львиная доля ее репертуара основана на музыке инструментальной и симфонической.

Три балета в программе Литтон выбрал что и в бытность свою главным дирижером Далласского, Бергенского и Колорадского симфонических оркестров. К тому же все три партитуры - американская классика, поставленная главными хореографами труппы: Скрипичный концерт Барбера (балет Питера Мартинса), «Fancy Free» (муз. Бернстайна, балет Джерома Роббинса) и «Who Cares?» (балет Баланчина на песни Гершвина).

Благодаря последним двум вечер имел неповторимую нью-йоркскую атмосферу. Сара Мирнс в первом балете, Хоакин де Луз, Тайлер Энглер и Амар Рамасар (три морячка в Fancy Free) наполнили знакомую историю свежими нюансами, а Роберт Фэйрчайлд, отлучившийся с Бродвея, где он танцует главную роль в «Американце в Париже», был как никогда элегантен и свободен в качестве главного партнера для троих разных солисток. Оркестр играл сочно, ярко и эмоционально, с непривычной для американского балетного оркестра тонкостью, и это вдохнуло в происходящее на сцене новую энергию и смысл, словно замечательные танцовщики труппы только и ждали, когда, наконец, музыка их поддержит. Программу повторят 28, 30 и 31 января.