Все то золото!

07.01.2016 в 10:43, просмотров: 827

В Национальном идиш-театре "Фольксбине" завершился показ восстановленной оперетты «Золотая невеста» - почти через столетие после премьеры.

Все то золото!

Она отсияла. И сколько ни всматривайся в нью-йоркскую афишу - кто не успел, тот опоздал: третьего января вновь наступившего года сыгран последний спектакль - веселый, яркий, полный ностальгии и оптимизма в одном бокале, сладковато-горький коктейль еврейского счастья и американской мечты.

...Они сразу хватают душу в плен острого чувства родства - местечковые аиды в костюмах вековой давности, сыплющие шутками с налету, жалующиеся на беды беспрерывно - и, не ощущая противоречия, при всех своих цорес, слаженно поющие свою местечковую оду радости! От общей радости - к конкретной новости: местная сиротка Голделе (Рэйчел Поликар), воспитанница приемных родителей Тойбы (Лиза Фишман) и Пинхаса (Брюс Реболд), вдруг получает огромное наследство от папы, умершего в Америке. С этой новостью, а также с сыном-повесой приезжает из Нового Света ее дядя Бенджамин (Боб Адер). Голделе предстоит путешествие за океан - и соплеменники, ранее побаивавшиеся такого смелого шага, тоже быстренько собираются ехать следом. Но еще до путешествия начинаются матримониальные игры: у девушки, что неудивительно, сразу объявляются многочисленные женихи. Она ставит условие: изберет того, кто найдет ее маму, непонятным образом исчезнувшую, когда ребенку было три года. Местные кавалеры Янкель (Адам Кастер), Мотке (Закари Шпигель) и Берке (Джереми Вайс) проявляют удивительную резвость - их стараниями тут же объявляется одна кандидатка в маменьки, потом другая...   

Откуда сей феномен - оперетта на идиш? Она зародилась в Новом Свете с первой волной еврейской иммиграции в конце девятнадцатого - начале двадцатого веков. Казалось бы, выходцам из штетлов, добравшимся до благословенной Америки, до веселья ли было? Измученные длительным морским путешествием, не сходу взявшие барьер незнакомого языка, абсолютные чужаки в новом краю, парадоксально тосковавшие о России и Восточной Европе, где их любовью отнюдь не баловали, евреи-иммигранты должны были понять и принять новую жизнь. Они и пытались принять ее - но родные местечки врывались в сны и заставляли плакать наяву! Оперетта оказалась глотком надежды: старые песни и танцы, сплавленные с новыми ритмами и реалиями, врачевали сердца и давали силы жить в предлагаемых обстоятельствах. 

...Двадцатисемилетняя Рэчел Поликар, божественная Голделе, выступала со многими оперными компаниями страны, но этот свой офф-бродвейский дебют приняла с восторгом! Магистр вокала, обученная петь по-немецки, французски и итальянски, она мужественно сражалась на репетициях с неподатливым языком идиш (о, это нагромождение согласных!). Ее партнер бродвейский актер Камерон Джонсон, исполнитель роли Миши, получил свою степень магистра в престижной «Манхэттен Скул оф Мьюзик». Миша - чистая молодая душа с неистребимым зудом идти в революцию, голос - чистое серебро. У зрителей мог возникнуть законный вопрос, почему актер, играющий еврея, так сильно похож на русского деревенского паренька - но куда больше смутила некоторых из нас яростно прокламируемая его героем любовь к России (в переводе ария называется буквально «Привет из Новой России», горькое двойное противоречие: местечковый парень свято верит в возрождение страны, державшей его соплеменников в страхе погромов - а уж как язвителен контекст дня сегодняшнего...)

Но оперетта - всегда оперетта! На сцене царит веселая суматоха, страсти что в индийском кино: неожиданное богатство сиротки, трое женихов-самосватов, под занавес, как ожидалось, явление родной мамы Шейндл (Регина Гибсон). И тут зал начинает натурально хлюпать - потому что актриса плачет настоящими, неглицериновыми слезами, и тайну свою рассказывает со стеснением: заболела, пришлось оставить ребенка у чужих людей... Это «заболела» она произносит чуть помедлив: похоже, брошенную мужем женщину сразил душевный недуг. Внимаем мелодраматическому надрыву с полным проникновением - и пусть кинет камень бесчувственный...

Уникальный жанр, не сдающийся времени! Разумеется, каноны предполагают некоторую назидательность, мораль в пьесе быть обязана - но «Золотая невеста», сыгранная блистательными бродвейскими и офф-бродвейскими актерами, не дидактика, а вдохновение и упоение! И уже нет вопроса, зачем она, оперетта на идиш: чтобы жило в веках наше умение хохмить сквозь слезы и петь, когда не поется... Все это называлось строгим словом «проект», а проект, как известно, имеет сроки сдачи и завершения. Только ведь эта птица Феникс уже не единожды воскресала: понадеемся.