Джефф Сэшнс разочаровал сенаторов

«Да» и «нет» не говорите

15 июня 2017 в 09:36, просмотров: 884

«Когда кто-то причиняет вам вред, отомстите ему так яростно и так зло, как только можете. Будьте параноиками. Я знаю, что подобные слова не делают чести никому из нас, но давайте признаем откровенно: даже ваш друг, вполне возможно, мечтает украсть у вас жену и богатство».

Джефф Сэшнс разочаровал сенаторов
Джефф Сэшнс в сенатском комитете по делам разведки

Это цитата из книги Дональда Трампа «Как стать богатым». Вероятно, когда-нибудь он напишет «Как стать президентом» и «Как управлять государством». Но пока он ведет себя в соответствии с цитатой. Только к жене и богатству теперь добавилась власть.

Президент, скорее всего, даже не пытался предположить последствия увольнения директора ФБР Джеймса Коми. И мотивом, похоже, было совсем не расследование связей команды Трампа с Россией. Просто президентство для него – это продолжение реалити-шоу, в котором увольнять было его любимым сюжетным ходом и фирменной фразой. Ему страстно хочется править, командовать, приказывать. Он не понимает, почему президенту США дозволено меньше, чем президенту компании.

Он имел право уволить директора и уволил. Какие вопросы? Но американцы привыкли к тому, что президент объясняет свои решения. А когда президент дает два противоречащих друг другу объяснения, ищут третье. Именно это сейчас и происходит в Конгрессе и в офисе специального прокурора Роберта Мюллера.

У вашингтонской бюрократии, которую так не любит Дональд Трамп, есть своя этика. Чиновнику ужасно не по себе, когда глава государства разговаривает с ним один на один, причем разговор носит щекотливый характер. В Вашингтоне привыкли, что президент беседует с руководителем ведомства в присутствии его непосредственного начальника и своего советника. Это как минимум. В данном случае начальник Джеймса Коми министр юстиции Джефф Сэшнс и старший советник президент Джаред Кушнер пытались задержаться в кабинете, но президент Трамп попросил их удалиться. Должностное лицо, которому выпало сомнительное удовольствие разговора с президентом наедине, сразу же, пока не забылись детали, записывает беседу. Это страховка. Особенно если ознакомить с записями своих заместителей.

Если убрать все оговорки и недомолвки («возможно, я не совсем понял президента», «я дал понять президенту взглядом»), суть события изумительно проста: президент сказал Коми, что хорошо было бы прекратить расследование российских связей бывшего советника по национальной безопасности Майкла Флинна, потому что он «славный малый» и «не сделал ничего дурного», а Коми не ответил ни «да», ни «нет», что с учетом всех обстоятельств означает отказ. За этот отказ, как убежден сам Коми, он и был снят с поста.

Когда Джеймс Коми узнал, что он, в отличие от Флинна, сделал много дурного – сначала развалил дело Хиллари Клинтон (это официальный повод), а затем развалил и все ФБР (это объяснение президента), он передал свои записи New York Times. В своих показаниях Сенату он подтвердил достоверность утечки и рассказал, что «слил» ее в прессу именно он.

Президент в ответ назвал его виновником утечки и лжецом, а адвокат президента Марк Казовиц пригрозил Коми ответственностью за разглашение конфиденциальной информации. Президент в очередной раз попал в ловушку собственной парадоксальной логики: если Коми лжет, то это не утечка, а если утечка, то Коми говорит правду.

В сложившихся обстоятельствах важную роль могли сыграть показания Джеффа Сэшнса, который предстал перед сенатским комитетом по делам разведки во вторник. Министр юстиции взял самоотвод по делу о российском вмешательстве в американский избирательный процесс, чем разозлил президента настолько, что, по слухам, предложил ему свою отставку, но президент ее не принял. Тем не менее именно он направил президенту мнение министерства о том, что Джеймс Коми не может впредь занимать пост директора ФБР. Однако Сэшнс избрал, по существу, тактику обструкции сенатского расследования. На все вопросы о своих консультациях с президентом он отвечал, что не может разглашать эту информацию. Он отказывался даже отвечать на вопрос, имели ли место эти консультации. Юридическое основание такого отказа не вполне понятно: Сэшнс ссылался на «практику» министерства, но никаким специальным законом подобная информация не защищена. Ничего нового законодатели от Сэшнса не узнали.

В каком направлении будет развиваться расследование, пока не известно. Президент изо всех сил делает вид, что его оно мало тревожит. Между тем в Вашингтоне циркулирует упорный слух о том, что он рассматривает возможность увольнения специального прокурора Мюллера. Кроме того, под дамокловым мечом находится шеф его аппарата Ринс Прибас. Он всюду видит измену.

Это действительно крайне необычная ситуация. Согласно все той же вашингтонской этике, советники президента должны костьми ложиться, чтобы защитить шефа, если надо – идти за него в тюрьму. Так было с Уотергейтом, с делом «Иран-контрас». Тогда после освобождения (срок, как правило, небольшой) ты получаешь награду – если не возвращение на госслужбу, то прибыльный и необременительный бизнес. Такова негласная конвенция. Но Дональд Трамп – нарушитель конвенции. Он не человек системы, и его подчиненные прекрасно понимают, что их жертва не будет компенсирована ничем.        




Партнеры