Президент выбрал плохой образец для подражания

Дональд Трамп против Министерства юстиции

9 февраля 2017 в 20:02, просмотров: 1454

Многим моим соотечественникам, даже давно живущим в Америке, увольнение исполнявшей обязанности министра юстиции США Салли Йейтс представляется совершенно правильным и естественным: она нарушила субординацию - отказалась исполнять указ президента и потому лишилась должности справедливо.

Президент выбрал плохой образец для подражания
Салли Йейтс

Разберемся. От Йейтс не требовалось исполнение указа, это не входило в ее служебные обязанности. Она отказалась представлять интересы правительства США в суде, когда администрация Дональда Трампа опротестовала решение федерального окружного судьи по Восточному округу штата Нью-Йорк Энн Доннелли. Своим решением судья Доннелли частично приостановила действие президентского иммиграционного указа в ответ на петицию Американского союза гражданских свобод.

Разумеется, защищать в суде действия правительства - прямая обязанность министра юстиции. Однако у него есть и другие обязанности, из которых первейшая - следить за законностью этих действий, представлять президенту свою юридическую экспертизу. Этот аспект взаимоотношений президента и министра подчеркивал в 2015 году тогдашний председатель сенатского юридического комитета Джефф Сешенс на слушании по утверждению Салли Йейтс в должности первого заместителя министра.   

СЭШЕНС: Полагаете ли вы, что министр юстиции обязан сказать «нет» президенту, если он просит о чем-то ненадлежащем? Многие защищали назначение Лоретты Линч, говорили: что ж, президент назначил того, кто будет выражать его взгляды. Что здесь не так? Если взгляды президента незаконны, должен ли министр юстиции или его первый заместитель сказать «нет»?  

ЙЕЙТС: Сенатор, я считаю, что министр юстиции и первый заместитель министра обязаны следовать закону и Конституции и предоставлять президенту свою независимую юридическую экспертизу.

Но для того, чтобы сказать президенту «нет», Салли Йейтс должна была видеть проект указа. При нормальной процедуре ни один указ не может быть подписан президентом без визы министра юстиции. Этот проект от нее скрыли - его готовили юристы из аппарата Конгресса. Салли Йейтс прочла его текст уже после того, как он вступил в силу. Ее мнением просто никто не интересовался. А скорее всего - предполагали, каким будет это мнение. Недаром в заявлении Белого Дома сказано, что она отличалась «слабостью» в таких вопросах, как граница и нелегальная иммиграция. В своем письме подчиненным Салли Йейтс говорит: «Пока я исполняю обязанности министра юстиции, Министерство юстиции не будет защищать в суде исполнительный приказ до тех пор, пока я не буду убеждена в том, что это надлежит делать».

Американские правоведы, критикующие поступок Йейтс (и среди них такой столп либеральной юриспруденции, как Алан Дершовиц), ссылаются на прецедент 1973 года. Тогда президент Ричард Никсон приказал министру юстиции Эллиоту Ричардсону уволить независимого прокурора Арчибальда Кокса, который расследовал "Уотергейт" (сам он сделать этого не мог согласно действовавшему закону). Но Ричардсон не нашел законного повода для увольнения, о чем и заявил президенту. Президент принял его отставку. Занявший его место первый зам Уильям Ракелсхауз тоже сказал президенту «нет» и тоже подал в отставку. Исполняющим обязанности министра стал генеральный солиситор Роберт Борк, который взял под козырек и подчинился президенту. Но когда в 1987 году Рональд Рейган назначил Борка членом Верховного суда, Сенат отказался утвердить это назначение. Это редчайший случай в истории США. Одним из решающих доводов против кандидатуры Борка стала как раз его чрезмерная сговорчивость.

Но есть и другие примеры.

В марте 2004 года министр юстиции США Джон Эшкрофт перенес хирургическую операцию и лежал в больнице. Между тем подошел срок в очередной раз продлевать программу внесудебного прослушивания телефонов. Нужна была виза министра. Исполнявший его обязанности первый заместитель Джеймс Коми (нынешний директор ФБР), будучи убежден в незаконности прослушивания телефонов без судебного ордера, отказался подписать бумагу. Тогда двое сотрудников Белого Дома, шеф аппарата Эндрю Кард и юрисконсульт Альберто Гонсалес, отправились в больницу и стали вымогать подпись у тяжелобольного человека. Джеймс Коми был свидетелем этой сцены и спустя три года описал ее в своих показаниях Сенату. «Министр потряс меня, - рассказал Коми. - Он оторвал голову от подушки и в крайне резких выражениях изложил свой взгляд на вопрос, после чего опустил голову. Он выглядел совершенно изможденным и сказал: «Но все это не имеет значения, потому что я не министр юстиции. Вот министр». И указал на меня. Эти двое на меня даже не взглянули. Они повернулись и вышли из палаты». Через два дня после этого визита в больницу Джеймс Коми подал президенту Бушу прошение об отставке. Он остался на посту потому, что президент предпочел внести изменения в программу прослушки.

Дональд Трамп идет по пути Никсона, который плохо кончил.



    Партнеры